Влияние европейских норм и стандартов на юридический процесс в украине
By maukazan On 20 Ноя, 2012 At 04:18 ПП | Categorized As 2012, №3-4 (20-21) май-июнь | With 0 Comments

С. Я. Лиховаядоктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой уг.права и процесса

(Украина)

Статья посвящена анализу понятия «юридический процесс» в широком и узком понимании. Проанализированы уровни и элементы юридического процесса. На примере уголовного законодательства показаны факторы, обуславливающие нестабильность юридического процесса в Украине.

 

This article analyzes the concept of «legal process» in the broad and narrow sense. Analyzed the levels and elements of the legal process. On the example of the criminal law shows the factors causing instability of the legal process in Ukraine.

Юридический процесс – явление многогранное, многоуровневое, включаю­щее в себя комплекс теоретических и практических знаний и положений, относящихся ко всем без исключения отраслям права. Безусловно, отождес­твлять это явление с процессуальными отраслями права не следует, ибо эти категории соотносятся, как общее и частное.

Юридический процесс следует рассмотреть в широком и узком пони­мании. В широком понимании – это комплексное и многоаспектное понятие, ко­торое характеризует совокупность всех правовых форм деятельности государ­ственных органов (парламента, прези­дента, правительства, судебных органов, прокуратуры) и иных уполномоченных субъектов, которая связана с совершением в определенном законом порядке юриди­чески значимых действий и влечет определенные правовые последствия. Принципами юридического процесса являются свобода, справедливость, равен­ство и единство прав и обязанностей и взаимной ответственности государства и личности, гуманизм, демократизм, верхо­венство права, законность и иные общие и специальные принципы. Содержание, формы и порядок осуществления юриди­ческого процесса определяются и регулируются соответствующими нормами материального и процессуального права, а его результаты фиксируются в конкретных юридических актах общеправового или индивидуального характера (законах, подзаконных актах, указах, распоря­жениях, постановлениях, решениях).

В отличие от иных общественных явлений и категорий юридический процесс имеет четко выраженные формализован­ные уровни: 1) законодательный, который подразумевает принятие нормативно-правового акта, постановления решения или вынесение приговора. Нормативные акты, которые принимаются на этом уровне, регулируют как общественные отношения между обществом, государ-

ством, так и индивидуальные отношения между отдельными гражданами; 2) нормативный, который подразумевает применение норм материального и процессуального права; 3) технико-правовой, который подразумевает использование определенных приемов законодательной техники, что позволяет, при правильном использовании методов и приемов формулирования нормативного материала сделает его понятным, доступным для понимания и применения соответствующими правоприменительными органами и юридическими и физическими, как правило, должностными лицами; 4) правоприменительный или процессуальный уровень, на котором происходит реализация законодательных актов, рассмотрение конкретных дел, расследование преступлений, вынесение решений судебными органами.

Все эти уровни юридического процесса тесно связаны между собой и зависят друг от друга. Если допускается нечеткое формулирование нормативного материала (например, если нечетко или неполно описаны элементы состава преступления в диспозиции статьи уголовного кодекса, то это неизбежно приведет к проблемам правоприменения).

Юридический процесс имеет характерные признаки, которые отличают его от иных общественных процессов и обуславливают то значение, которое он играет в жизни общества и государства: юридический процесс на всех его уровнях осуществляется исключительно уполномоченными  субъектами – президентом, народными депутатами, судьями, следователями иными уполномоченными лицами; результаты процессуальной деятельности закрепляются в нормативно-процессуальных актах, которые имеют четкую иерархию, начиная от Конституции и заканчивая актами индивидуального применения; юридический процесс регламентируется четкими процедурами (регламентами).

Юридический процесс состоит из совокупности  последовательных действий, определенных этапов и отдельных стадий, например, изучение и установление фактических обстоятельств дела, выбор наиболее оптимальной нормы, ее толкование, принятие решения.

По нашему мнению, особое внимание следует уделять этапу, который должен предшествовать юридическому процессу, а именно изучение социальной обстановки в стране, потребности в той или иной норме, законе, положении. Также, необходимо выделить и такой этап, предшествующий юридическому процессу как теоретическое моделирование последствий принятия и воплощения в жизнь того или иного закона, изучение экономической выгоды юридического процесса. Ведь сегодня ни для кого не секрет, что, зачастую, сначала принимаются законы, а затем приходится иметь дело с негативными последствиями его принятия.

Это свидетельствует о необходимости научного подхода к осуществлению юридического процесса. Научный анализ позволит, кроме иных позитивных моментов, сделать юридический процесс, который затрагивает все без исключения отрасли права, согласованным, позволит избежать разбалансированности при внесении дополнений и изменений в уже существующие нормативные акты.

В узком понимании юридический процесс – это обобщающее понятие, которое характеризует регламентированный законом порядок конституционного судопроизводства, производства в гражданских, хозяйственных и уголовных делах, а также деятельность органов (служб, должностных лиц) административной юрисдикции и судов по рассмотрению дел об административных правонарушениях [1, c. 980-981].

Мы позволим себе не согласиться с этим толкованием юридического процесса, который по своему содержанию и значению не следует сводить к процессуальной деятельности определенных органов и должностных лиц. Узкое понимание юридического процесса, по сути, приравнивает его  к процессуальным отраслям права.

На юридический процесс оказывают влияние такие факторы как политическая обстановка в стране, состояние экономики, рост или снижение преступности, обязательства, взятые на себя государством в результате ратификации международных договоров и конвенций.

Именно на этом последнем факторе мы хотим остановиться более подробно. Юридический процесс в Украине сегодня отличается нестабильностью и непоследовательностью. И определенную роль играет стремление правительства нашей страны вступить в Европейский Союз. Это, безусловно, требует выполнения взятых на себя обязательств, что, в свою очередь, не всегда положительно влияет на юридический процесс в Украине. Приведем ряд примеров из уголовно-правовой политики.

Так как в любом суверенном государстве высшая законодательная власть принадлежит государственному органу, то и законы, соответственно, выражают политику той части населения, которая образует большинство в законодательном органе.

В Уголовном кодексе Украины (УК Украины) 2001 года институт наказания сформирован в соответствии с принципом гуманизма и экономии уголовно-правовой репрессии. Наказания расположены в системе наказаний (ст. 51 УК Украины) от наиболее мягкого – штрафа до наиболее тяжкого – пожизненного лишения свободы, в санкциях же статей сначала предусмотрено более мягкое наказание, а затем более строгое. В абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Украины от 24 октября 2003 года № 7 «О практике назначения судами уголовного наказания» предусмотрено положение, гласящее «Когда санкция закона, в соответствии с которым лицо признается виновным, наравне с лишением свободы на определенный срок предусматривает более мягкие виды наказания, при вынесении приговора следует обсуждать вопросы о назначении наказания, не связанного с лишением свободы. В случае назначения наказания в виде лишения свободы такое решение должно быть мотивированным в приговоре».

15 апреля 2008 года был принят Закон Украины «О внесении изменений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Украины в связи с гуманизацией уголовной ответственности». Этот Закон изменил санкции многих статей в сторону значительного смягчения наказания. Например, во многих санкциях сроки лишения свободы были значительно уменьшены. За принуждение к антиконкурентным согласованным действиям (ч. 1 ст. 228 УК Украины) предусматривался срок лишения свободы от 3 до 7 лет, а теперь он составляет от 2 до 5 лет, за это же деяние, совершенное с отягчающими обстоятельствами (ч. 2 ст. 228 УК Украины) предусмотрено лишение свободы на срок от 3 до 6 лет, а ранее было предусмотрено лишение свободы на срок от 7 до 12 лет. Если ранее за бесхозяйственное использование земель (ст. 254 УК Украины) было предусмотрено альтернативное наказание в виде лишения свободы на срок до 2 лет, то теперь это наказание исключено из санкции этой статьи. Во многих санкциях как альтернатива лишению свободы предусматриваются штрафы, общественные работы, иные наказания, не связанные с лишением свободы. По нашему мнению, в отдельных случаях такое смягчение наказания не всегда оправдано. Если ранее за нарушение правил безопасности дорожного движения, которое повлекло гибель нескольких людей было предусмотрено лишение свободы на срок от 7 до 12 лет, то теперь лишение свободы за это, безусловно, особо тяжкое преступление назначается на срок от 5 до 10 лет. Еще ранее, в 2005 году было внесено изменение в ст. 127 УК Украины «Пытки». В ч. 4 этой статьи был предусмотрен особо квалифицированный состав преступления, последствием которого была гибель человека. В санкции ч. 4 ст. 127 УК Украины было предусмотрено лишение свободы на срок от 12 до 15 лет или пожизненное лишение свободы. Теперь же эта часть просто исключена из текста этой статьи.

8 апреля 2008 года Указом Президента Украины была утверждена Концепция реформирования уголовной юстиции, в преамбуле которой говорится, что коренные изменения в социально-политических и иных условиях жизни общества и государства на современном этапе развития Украины и принятие Конституции Украины создали условия для реформирования системы уголовной юстиции в направлении дальнейшей гуманизации, демократизации, усиления защиты прав и свобод человека в соответствии с требованиями международных правовых актов и обязательств государства перед европейским и мировым сообществом.

В УК Украины такого наказания как смертная казнь не существует с 2000 года. В Решении Конституционного Суда Украины от 29 декабря 1999 года (дело о смертной казни) говорится, что применение смертной казни необходимо расценивать как произвольное лишение человека его права на жизнь и отмена смертной казни обусловлена также вступлением Украины в Совет Европы. Верховный Совет Украины в Законе Украины от 31 октября 1995 года «О присоединении Украины к Уставу Совета Европы» подтвердил преданность Украины идеалам и принципам, являющимся всеобщим достоянием европейских народов. В письме Председателя Верховного Совета Украины к Конституционному Суду Украины отмечается, что Украина последовательно осуществляет шаги, направленные на выполнение взятых на себя обязательств, связанных с членством в Совете Европы. Это касается и запрещения смертной казни как вида наказания.

На фоне этих изменений в уголовном законодательстве особо странными кажутся два законопроекта. Первый из них – проект Закона Украины «О внесении изменений в отдельные законы Украины относительно усиления уголовной ответственности за отдельные преступления». В этом законопроекте предлагается предусмотреть смертную казнь как наказание, и не исключительное, как это было ранее, а дополнить им ст. 52 УК Украины «Виды наказаний». Смертная казнь предусматривается как альтернатива пожизненному лишению свободы или лишению свободы на срок до 15 лет. Ее предлагают применять за умышленное убийство с отягчающими обстоятельствами (ч. 2 ст. 115 УК Украины), за разбой с отягчающими обстоятельствами (ч. 4 ст. 187 УК Украины), за бандитизм (ст. 257 УК Украины), за террористический акт, повлекший гибель людей (ч. 4 ст. 258 УК Украины), за контрабанду наркотических средств (ч. 3 ст. 305 УК Украины), за получение взятки в особо крупном размере или должностным лицом, занимающим особо ответственное положение (ч. 3 ст. 368 УК Украины). Следует отметить, что за большинство из этих преступлений не предусматривалось даже пожизненное лишение свободы, а срок лишения свободы за отдельные из них не достигал максимума.

Кроме того, этим же законопроектом за целый ряд преступлений предлагается как альтернативу предусмотреть пожизненное лишение свободы – за изнасилование, повлекшее особо тяжкие последствия или за изнасилование малолетнего лица (ч. 4 ст. 152 УК Украины), за насильственное удовлетворение половой страсти неприродным способом (ч. 3 ст. 153 УК Украины) и еще изменить ряд санкций, предусмотрев в них самое тяжкое наказание.

Особо циничными на фоне провозглашения жизни человека наивысшей ценностью выглядят предлагаемые изменения в Уголовно-исполнительный кодекс Украины, которые детализируют права и обязанности осужденных к смертной казни, например, получать платные медицинские услуги за счет личных средств, распоряжаться и приобретать имущество, читать периодические издания. А к обязанностям относятся: соблюдать правила пожарной безопасности, содержать в порядке и чистоте помещения, аккуратно относится к имуществу колонии. Тело расстрелянного родственникам не выдается и о месте захоронения не сообщается.

Если на момент отмены смертной казни в Украине она была предусмотрена только за 5 преступлений и все из них были связаны с умышленным лишением жизни человека и, по сути, представляли собой квалифицированные составы умышленного убийства, то теперь смертную казнь предлагают предусмотреть за 7 преступлений, из которых только одно – умышленное убийство, связано с умышленным лишением жизни.

Возглавляет авторский коллектив этого законопроекта народный депутат Украины Петр Николаевич Симоненко, лидер Коммунистической партии Украины.

Второй законопроект «О внесении изменений в отдельные Законы Украины относительно противодействия взяточничеству» был внесен на рассмотрение Верховного Совета Украины народным депутатом Анатолием Степановичем Гриценком, который является Председателем Комитета по вопросам национальной безопасности и обороны Верховного Совета Украины и членом Украинской части Совета межпарламентского совета Украина-НАТО. Кроме этого Гриценко Анатолий Степанович несколько лет возглавлял Министерство обороны Украины. И хотя в этом законопроекте речь идет не о смертной казни, он, также, по нашему мнению, является шагом назад на пути истории. За получение взятки в сверхкрупном размере (который в четыре тысячи раз и более превышает необлагаемый налогом минимум доходов граждан), совершенное судьей, прокурором, следователем предлагается установить безальтернативную санкцию – пожизненное лишение свободы с конфискацией имущества. Таким образом, получение взятки приравнивается к умышленному убийству, а безальтернативная санкция приводит к нарушению конституционного принципа верховенства права.

Единственной надеждой в русле такой активной антидемократической правотворческой деятельности является наличие грамотных юристов в составе народных депутатов Украины.

В УК Украины 2001 года сформулирован ряд норм, которые вызваны к жизни не столько социальными потребностями, сколько необходимостью соблюдать взятые на себя международные обязательства. Это, в свою очередь, приводит к определенному несовершенству законодательного материала. Сегодня ни для кого не секрет, что отмена смертной казни в Украине обусловлена не столько социальными и моральными причинами, сколько вступлением Украины в Совет Европы. В тексте УК Украины предусмотрен целый ряд составов преступлений, которые появились только потому, что этого требует уголовно-правовая политика Европейского Союза – торговля людьми, торговля органами и тканями человека, террористические преступления, преступления в сфере свободы совести, экономические преступления. Появился и ряд «новых» наказаний, которые ранее не были предусмотрены в национальном законодательстве.

Еще одним примером влияния европейского права на национальный юридический процесс является проблема уголовной ответственности юридических лиц. Ответственность юридических лиц за уголовные преступления – давно устоявшийся принцип в системах общего права, а также в некоторых других странах, в том числе в Японии. Однако для большинства западноевропейских стран континентального права это относительно новая концепция, и она только начинает появляться во многих других странах, включая страны Восточной Европы. Кроме того, активно развивается эта концепция даже во многих из тех стран, где ответственность юридических лиц уже существовала, благодаря внесению законодателем поправок, направленных на повышение ее эффективности.

План действий по борьбе с коррупцией для Армении, Азербайджана, Грузии, Казахстана, Киргизской Республики, Российской Федерации, Таджикистана и Украины был принят в сентябре 2003 года в Стамбуле под эгидой Сети ОЭСР по борьбе с коррупцией для стран Восточной Европы и Центральной Азии. В течение 2004 – 2005 г.г. в рамках Стамбульского плана действий проводился обзор правовых и институциальных основ борьбы с коррупцией в странах-участницах этой инициативы. По итогам обзора были сделаны рекомендации для каждой из стран в таких областях как антикоррупционная политика, криминализация и законодательство по борьбе с коррупцией, а также меры по предупреждению коррупции на государственной службе. В 2005 году была начата программа мониторинга для оценки реализации рекомендаций в каждой из стран.

Согласно рекомендациям в области уголовного законодательства и криминализации коррупции всем странам рекомендовано внести изменения в свое национальное законодательство для выполнения международных стандартов, установленных Конвенцией ОЭСР о борьбе с дачей взяток иностранным государственным должностным лицам при осуществлении международных деловых операций, Конвенцией Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию, а также Конвенцией ООН против коррупции.

В большинстве случаев рассматриваемые конвенции не имеют прямого действия, т.е. не выполняются автоматически. Другими словами, от государств требуется принятие соответствующего законодательства и мер для выполнения конвенций, устанавливающих минимальные стандарты, которым должно соответствовать национальное законодательство для выполнения конвенциональных требований.

Для ввода в силу конвенций страны, в первую очередь, должны установить, где и в какой степени их собственное законодательство не соответствует стандартам конвенций. Например, разрыв может быть в тех случаях, когда внутреннее законодательство не предусматривает криминализацию некоторых видов преступлений (например, подкупа иностранного государственного должностного лица). Также отличия могут появляться в тех случаях, когда состав преступления квалифицируется более узко, чем соответствующее положение в конвенции (как, например, когда определение взятки не включает в себя нефинансовые выгоды).

После определения пробелов во внутреннем законодательстве страны необходимо устранить эти недостатки. Если страна принимает решение о введении совершенно нового состава преступления, проще всего распространить существующую квалификацию состава или составов, например, подкупа национального должностного лица на иностранное государственное должностное лицо. Преимущество такого подхода заключается в том, что при этом неизменной остается главная часть действующего права, что позволяет обеспечить определенность и стабильность законодательства. Недостаток же состоит в том, что это делает законодательство менее понятным и более сложным для толкования. Другая возможность для стран – ввести совершенно новый состав преступления либо в уголовный кодекс, либо в иное уголовное законодательство, или же принять отдельный закон специально для этой цели. Такой метод сможет, в конечном итоге, оказаться проще и позволит подчеркнуть особую важность появлением нового состава преступления.

Хотя ответственность юридических лиц за коррупцию предусмотрена в нескольких международных конвенциях, спор об обоснованности такого требования в странах Стамбульского плана действий продолжается. Ее противники утверждают, что относиться к коррупции как если бы она имела преступный умысел, было бы неестественно. Кроме того, организацию нельзя посадить за решетку или достичь многих из карательных целей, например, исправления или наказания. С другой стороны, как отмечают ее сторонники, корпорации играют важную роль в обществе и в экономике, и поэтому в состоянии нанести существенный вред. Следовательно, они должны соблюдать закон так же, как и физические лица. Санкции действуют и на корпорации, подрывая их репутацию, и, в случае денежных санкций, финансовое положение.

Привлечение к ответственности юридических лиц в коррупционных делах играет важную роль. Корпорации становятся все крупнее и децентрализованнее, в результате чего деятельность и система принятия решений очень рассредоточены. Зачастую довольно сложно возложить ответственность за конкретное решение на одного или нескольких человек в компании. Поэтому у компаний может возникать соблазн прибегать к подкупу, так как меньше вероятность того, что кого-то привлекут к ответственности. Также в корпорациях существует сложная финансовая организация и практика учета, в результате чего проще скрывать взятки и личность тех, кто принимает решения. По всем этим причинам возможность привлечения к ответственности юридических лиц будет иметь эффект сдерживания.

Цель введения ответственности в отношении юридических лиц заключается в сдерживании и предотвращении совершения преступлений руководством и работниками компаний. В то же время, юридическое лицо не должно нести ответственность за совершение его сотрудником преступления, не имеющего никакого отношения к данному юридическому лицу (например, если сотрудник дает взятку должностному лицу, чтобы его ребенка приняли в школу). Ответственность должна возникать только в случае наличия связи между преступлением и самим юридическим лицом или связанным юридическим лицом (например, аффилированным с ним или иным юридическим лицом, относящимся к одной и той же корпоративной группе).

По целому ряду причин режим привлечения к ответственности юридических лиц не должен требовать привлечения к суду или осуждения физического лица. Во-первых, не всегда есть возможность привлечь к ответственности физическое лицо, совершившее преступление, например, если этот человек скрылся или умер. Во-вторых, усложняющаяся и рассредоточенная природа принятия решений в корпорациях затрудняет выявление конкретных лиц, принимавших участие в преступлении. Наконец, судебное разбирательство только в отношении юридического лица может стать приемлемой и справедливой альтернативой привлечения к ответственности представителя корпорации или рядового сотрудника, возможно, осуществивших подкуп под давлением со стороны корпорации.

Важна и обратная ситуация, т.е. ответственность в отношении юридических лиц не должна влиять на уголовную ответственность физических лиц. Поэтому конвенции Совета Европы и ООН предусматривают, что ответственность юридического лица не исключает уголовное преследование в отношении физических лиц, являющихся правонарушителями, подстрекателями, соучастниками коррупционного преступления.

Согласно международным нормам за акты коррупции юридические лица должны подлежать эффективным, пропорциональным и сдерживающим санкциям. Относительно Конвенции ОЭСР, в случае, если в соответствии с правовой системой данной Стороны уголовная ответственность неприменима к юридическим лицам, то эта Сторона должна принять меры к тому, чтобы добиться применения эффективных, соразмерных и сдерживающих неуголовных санкций, включая финансовые санкции за дачу взятки иностранным государственным должностным лицам. Согласно конвенциям Совета Европы и ООН, санкции могут быть уголовными, гражданскими или административными.

Сегодня Украина, как участник стран Стамбульского плана действий ратифицировала следующие конвенции: Конвенцию Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности (ратифицирована 26.10.1998 г., вступила в силу 01.05.1998 г.). В УК Украины предусмотрена ответственность за легализацию (отмывание) доходов, полученных преступным путем (ст. 209 УК Украины) и за умышленное нарушение требований законодательства о предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем (ст. 2091 УК Украины).

Украина также ратифицировала Конвенцию ООН о борьбе с транснациональной организованной преступностью (подписана 12.12.2000 г., ратифицирована 21.05.2004 г.)

Конвенция ООН против коррупции подписана Украиной 11.12.2003 г., Конвенция Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию подписана 27.01.1999 г. К Конвенции ОЭСР о борьбе с дачей взяток иностранным государственным лицам Украина не присоединилась.

Стараясь привести законодательство Украины в соответствие с международными нормами и стандартами 11 июня 2009 г. было принято сразу три антикоррупционных закона, которые должны были вступить в силу с 1 января 2010 года: Закон Украины „Об ответственности юридических лиц за совершение коррупционных правонарушений”, Закон Украины „О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины об ответственности за коррупционные правонарушения”, Закон Украины „Об основах предупреждения и противодействие коррупции”. Законопроекты этих законов прошли экспертизу Европейского Союза и Совета Европы. Экспертами были Драго Кос и Боштян Пенко из Словении, Марин Мрчем из Хорватии, Ивар Талло из Эстонии, которые пришли к выводам, что эти законопроекты вобрали в себя большинство соответствующих международных стандартов, и они помогут Украине присоединиться к странам с большим историческим опытом борьбы с коррупцией. Но никто из экспертов не отметил, что эти законопроекты, по сути, представляют собой примеры несоответствия доктрине национального уголовного права и уголовного законодательства нашей страны и, соответственно, вносят разбалансированность в национальный юридический процесс.

Именно поэтому, несмотря на то, что экс-Президент Украины Виктор Ющенко все же эти законы подписал, большинство высококвалифицированных юристов Украины дают им отрицательную оценку. Содержание законов должно, в первую очередь, учитывать основоположные принципы правовой системы Украины, что является фундаментальным условием, которое должно учитываться при определении объема и содержания адаптационных и имплементационных мер, направленных на точное и правильное применение конвенциональных положений. Масштабы и многочисленные изменения в Уголовный кодекс Украины и Кодекс Украины об административных правонарушениях не способны обеспечить достижение задекларированных целей. Вместо простых и доступных системных предложений внесены изменения, которые, не базируясь на соответствующей правовой доктрине, необоснованно и существенно усложняют и, в тоже время, ослабляют эффективность действующих статей, институтов и даже отдельных разделов этих Кодексов. Например, следует отрицательно оценить дополнение Особенной части УК Украины новым разделом VII-А „Преступления в сфере служебной деятельности в юридических лицах частного права и профессиональной деятельности, связанной с предоставлением публичных услуг”, который представляет собой набор статей с несовершенным содержанием, хотя эти проблемы можно было решать более простым и логически обоснованным путем внесения необходимых изменений в уже действующее законодательство. К тому же, понятие „юридическое лицо частного права” пока что не нашло достаточной конкретизации и регламентации в теории гражданского права. В законах предлагаются „новые составы преступлений”, которые сегодня уже предусмотрены в конкретных статьях уголовного закона. Многие новые статьи конкурируют между собой и статьями административного законодательства. Недопустимым с точки зрения отечественного юридического процесса является использованный в новых законах подход относительно определения субъектов коррупционных административных правонарушений в иных законах. В соответствии с Конституцией Украины субъект преступления или административного правонарушения должен определяться именно в нормах этих законодательных актов, а не в законах, не имеющих отношения к уголовной или административной ответственности. В новой ст. 21224 Кодекса Украины об административных правонарушениях предусмотрена ответственность народных депутатов, членов Правительства, судей за нарушение условий совместительства, что будет являться основанием для решения вопроса о привлечении этих лиц к административной ответственности и смещения их с должностей, связанных с выполнением функций государства. Но этот механизм невозможно применить к народным депутатам Украины, ибо это противоречит положениям Конституции Украины. Предложенные изменения в кодифицированные акты свидетельствуют о том, что поставленные задания не достигли своей цели относительно адаптации, имплементации и усовершенствования антикоррупционного законодательства.

Что касается ответственности юридических лиц, то поскольку в соответствии с существующей отечественной доктриной уголовного, административного, трудового права субъектом уголовной, административной или дисциплинарной ответственности может быть исключительно физическое лицо, то по логике новых законов юридические лица будут привлекаться к юридической ответственности, вид которой не определен. Такая ответственность возможна только как гражданско-правовая, что, в целом, соответствовало бы условиям Уголовной конвенции о борьбе с коррупцией.

Анализ принятого, но так и не вступившего в законную силу Закона Украины „Об ответственности юридических лиц за совершение коррупционного правонарушения”, условий и порядка привлечения юридического лица к ответственности свидетельствует о попытке введения квазиответственности смешанного (уголовно-административного) типа, которая является прямым отходом от основоположных принципов доктрины уголовного и административного права. Этот якобы новый вид ответственности не может применяться самостоятельно, независимо от результатов уголовного преследования соответствующего физического лица, в то время, когда в соответствии с действующим законодательством финансовые санкции (как вид административной ответственности) налагаются на предприятия независимо от иных видов ответственности. Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что принятие новых антикоррупционных законов под давлением международных организаций является еще одним негативным результатом процесса глобализации, который не учитывает национальные особенности юридического процесса отдельных стран, и осуществляется под влиянием желаний руководителей этих стран присоединиться к более развитым в экономическом плане государствам, и в результате приводит к разрушению экономической, политической, законодательной систем отдельных стран, в частности Украины.

Социальная необусловленность этого нормативного материала, его невостребованность и несоответствие национальной уголовной политике привело к тому, что Законом Украины от 21 декабря 2010 года «О признании утратившими силу некоторых законов Украины относительно предотвращения и противодействия коррупции» [2] этот раздел был исключен из текста уголовного закона. В то же время отдельные авторы написали и опубликовали научно-практические комментарии к этому разделу. Безусловно, такую политику нельзя оценить как положительную и стабильную.

Будет неправильным утверждать, что процесс влияния уголовной политики ЕС на национальную уголовную политику следует оценить негативно. Процесс глобализации сегодня является, скорее всего, бесповоротным, и вопрос о том, следует ли его оценивать позитивно или негативно является неактуальным, потому что это уже объективная реальность и никакая оценка не в состоянии ее изменить. Очевидно, следует изменить несколько устаревшие подходы к изучению этой объективной реальности и подходить к изучению уголовно-правовой политики, частью которой является и юридический процесс, более широко, принимая во внимание и такой феномен, как правовая система государства. Именно правовая система и является тем краеугольным камнем, на котором строится правовая политика. Не следует забывать, что страны, которые входят в ЕС, а особенно те, которые были основательницами ЕС, имеют если не одинаковые, то очень похожие правовые системы, что и дало им возможность сформировать общую систему права. Правовая система – это существующий в конкретном государстве феномен, который объединяет систему права, практику его применения, социальную основу права, правовую культуру социума и организационную структуру правовых институтов [3, c. 13]. Такой подход, во-первых, является современным, т.е. он учитывает современные реалии развития отдельных стран, а во-вторых, он позволяет подчеркнуть самобытность правовой системы отдельного государства даже в условиях глобализации, что представляется важным.

И хотя сегодня еще рано ставить знак равенства между общеевропейским правом и правом ЕС, следует согласиться с тем, что право ЕС как самостоятельное явление уже существует. Система права ЕС – это упорядоченная и структурированная совокупность элементов, которая выражается в устойчивости многообразных связей между входящими в ее содержание юридическими нормами и группами норм [4, c. 165]. Право ЕС имеет широкие перспективы развития. Оно является составной частью европейского права и охватывает все нормы права, которые действуют и применяются в пределах Европы. По мере развития в Европе интеграционных процессов, право ЕС имеет тенденцию становиться общеевропейским правом и таким образом влияет на юридический процесс многих стран, и не только Европы.

Особенностью правовой системы Украины является то, что, практически, единственным источником уголовного права считается Уголовный кодекс. В других европейских странах уголовная политика основывается не только на одном источнике, поэтому уголовно-правовые нормы носят комплексный характер. Например, в ФРГ кроме Уголовного уложения действует целый ряд законов, определяющих уголовно-правовую политику в той или иной области. Например, в тексте ст.ст. 218-219в Уголовного уложения, содержащих нормы об ответственности за незаконное прерывание беременности, сформулированы указания на нормативный акт, регулирующий процесс производства абортов «Закон о разрешении конфликтов, связанных с беременностью». Все вопросы, связанные с уголовной ответственностью за преступные посягательства на детей, решаются на основании Федерального закона о трансформации Рамочного решения Совета Европейского союза о борьбе с сексуальной эксплуатацией детей и с детской порнографией от 31 октября 2008 года. Ратифицированная ФРГ Международная конвенция по правам человека вступила в силу в ранге национального закона. Поэтому эта Конвенция действует в Германии не только в качестве международного договора, а является непосредственно действующим федеральным законодательным актом. В Уголовном уложении ФРГ, например, отсутствует такой состав преступления как геноцид, хотя ответственность за него установлена. И это является одной из особенностей юридического процесса этой страны. В Германии ратифицирован статут Международного уголовного суда и в 2002 году принят Кодекс международного уголовного права, который имплементировал в немецкое уголовное право составы преступных деяний, предусмотренных в Статуте [5].

Таким образом, на примере ФРГ мы видим, как правовая система страны оказывает влияние на уголовно-правовую политику и составляет единый целостный механизм, включающий в себя и юридический процесс.

Следует полностью согласиться с П.Л. Фрисом, который рассматривает уголовно-правовую политику как сегмент внутренней политики, хотя отдельные ее аспекты необходимо рассматривать и в сегменте внешней политики при определении направлений сотрудничества Украины с другими государствами [6, c. 11].

Принятие отдельных новых законов, и не только антикоррупционных, под давлением международных организаций является одним из негативных последствий глобализации, которая зачастую не учитывает особенностей правовых систем отдельных стран. Под влиянием желания этих стран присоединиться к более развитым в экономическом плане государствам, происходят процессы, которые могут привести, а иногда и приводят к частичному разрушению экономической, политической и законодательной системы отдельных стран.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что сегодня юридический процесс является основой правовой политики государства. Кроме того, следует отметить, и это особо касается Украины, недостаточное количество научных исследований, посвященных изучению принципов юридического процесса. Они сформулированы очень широко и недостаточно конкретизированы. Например, в УК Украины вообще отсутствуют статьи, в которых были бы закреплены принципы уголовного законодательства. Необходимо уделять больше внимания изучению взаимосвязей уровней и элементов юридического процесса, их особенностей в отдельных отраслях права, а также комплексным юридическим институтам.

Литература:

 

1. Великий енциклопедичний юридичний словник. — К., 2007. — С. 980-981.

2. Голос України від. № 1. — 05.01.2011.

3. Есаков Г.А. Основы сравнительного уголовного права: Монография. — М., 2007. — С. 13.

4. Право Европейского Союза: учебник для вузов / Под ред. С.Ю. Кашкина. — М., 2010. — С. 165.

5. Уголовное уложение (Уголовный кодекс) Федеративной Республики Германия: текст и научно-практический комментарий. — М., 2010. — 280 с.

6. Фріс П.Л. Політика у сфері боротьби із злочинністю і права людини. Надвірна, 2009. С. 11

About -

Leave a comment

You must be Logged in to post comment.